September 26th, 2017

(no subject)

В письмах Дельвига и Пушкина друг другу все прекрасно. Кроме того, что ты знаешь, когда всё кончится. Ты вроде как начинаешь скользить между этих строчек свободно. Смеешься их шуткам, или их трогательным дружеским упрекам, даже их пожеланиям друг другу. "Люби Дельвига".
Или Пушкин пишет брату о Дельвиге: "Приказывает тебе кланяться, мысленно тебя целуя 100 раз, желает тебе 1000 хороших вещей (например, устриц)".
А в какой-то момент перенасыщения этой поразительной жизнью ты вдруг понимаешь, что всё уже давно закончилось.
Иногда вообще жизнь чувствуешь относительно смерти. Неужели относительно смерти возможно так далеко оторваться от нее?
А еще я как наивная дура читаю вслух эти письма, когда одна. На уроке литературыв школе я бы пафосно написала, что слова живы. И была бы права.