April 14th, 2014

самарисовалаже

(no subject)

Вчера разговаривала с Игорем. Ему чуть за 40. Как-то удивилась и задумалась. Поболтали. Вообще, это немного странно, в последнее время только и болтаем о смерти. Не видишься несколько месяцев с друзьями, потом встречаешься, пьешь чай и пиздишь о смертушке, которая ходит рядышком. Проходит еще месяц, встречаешь другого близкого человека и хоп. Давайте попиздим о том, что мы все скоро умрем. Никто, конечно, не предлагает, оно само куда-то туда идет.

Игорь вдруг сказал, что ему похуй. Никогда не было, а теперь так. Говорил, что все это рядом, что мы многого не замечаем, и каждый разговор может стать последним. Что люди не говорят об этом, а оно сидит в них всегда. И я такая думаю, сидит или не сидит, заглянула, а оно и правда там. Сидит и смотрит. И мне почему-то так страшно за всех нас стало. За Игоря, что ему похуй. Потому что с самого детства человек начинает жить с мыслью «заебало». Мальчик Петя, воспитательница, первый класс, экзамены, универ, друзья, свадьба, бытовуха, все за-еба-ло. И ждешь, что будет «охуенно», а оно потом раз, сорок лет и - «похуй». Не легкий такой, а тупиковый.

И жалко так нас. И Игоря жалко, и себя и вообще всех-всех, даже негров.

Я вчера спрашиваю Игоря, и как же ему теперь жить, как же быть с этим похуем, а он помолчал и говорит: «Кроликов заведу».

И теперь я тоже боюсь, что когда-нибудь внезапно захочу кроликов.